Косметическая махина L'Oreal работает на всех континентах, как швейцарский хронометр, и только наращивает обороты. Если за последние три года, как утверждают некоторые источники, доходы Билла Гейтса сократились, то состояние Лилиан Беттанкур за тот же период выросло наполовину и достигло почти 23 миллиардов. Если развитие и экспансия L'Oreal будут продолжаться нынешними темпами, к 2015 году мадам Беттанкур сможет стать самым богатым человеком на планете.

Как говорится, деньги к деньгам. Лилиан Беттанкур не выгрызала у судьбы свой шанс и не изобрела парфюмерного философского камня. Ей богатство досталось в наследство от отца - Эжена Шуэллера. Лилиан оставалось только состояние сохранить и приумножить. Впрочем, утверждают, что сохранить и тем более увеличить капитал не менее трудно, чем его заработать.

Парфюмер

Эжен Шуэллер родился в 1881 году в Париже в доме 124 по улице Шерш-Миди, название которой переводится как "ищи полдень". Семейство Шуэллер переехало из Эльзаса, занятого немцами после франко-прусской войны, и открыло в столице булочную. И быть Эжену булочником, если бы не крах отцовского предприятия. Разорившиеся Шуэллеры вынуждены были переехать из Парижа в столичный пригород Нейи, который в ту пору еще не был, как сейчас, оазисом богачей. Там соседом вновь открывшейся булочной Шуэллеров оказался иезуитский коллеж Сен-Круа. Отцы-иезуиты решили закупать у эльзасского беженца круассаны для школьной столовой. Слово за слово, и папаше Шуэллеру удалось устроить сына в коллеж. Бесплатно. Мальчик не подвел отца. В двадцать два года Шуэллер-младший уже был дипломированным инженером-химиком. За тщание в науках его приняли в Сорбонну в качестве помощника лаборанта. Примерно тогда же он женился, а вскоре нашел и новую работу - перешел в лабораторию центральной аптеки Франции. Эти два фактора - жена и аптечная лаборатория - и определили дальнейшую судьбу Шуэллера, а заодно и развитие мирового рынка косметики. Сегодня компания, созданная Эженом Шуэллером, контролирует значительную долю мирового рынка косметики главным образом благодаря инновациям. Химик, как и на заре создания империи красоты, - главная персона в этом предприятии.

Начиналось все прозаично. Придя как-то с работы домой, Эжен обомлел: жена начала подавать ужин в соломенной шляпке. "Что с тобой?" - спросил он ее. В ответ та расплакалась. Сняла шляпку, и Шуэллер увидел, что светлые волосы жены побиты рыжими клоками: "Я ошиблась с краской..." Эжену оставалось только пообещать ей, что он создаст такую краску, которая будет естественной по цвету и удобной в применении. Дело в том, что век назад синтетических красителей не существовало. Обрабатывали волосы басмой и хной, которые не могли дать разнообразных цветовых оттенков. Шуэллер же решил восполнить этот пробел - разработать синтетическую краску.

Луиза оказалась в восторге. Эжен взял несколько приготовленных им флакончиков с красителем и пошел к приятелю-парикмахеру. Тот попробовал снадобье на клиентке и тоже остался доволен средством: "Как его назовем?" "Просто LТAureale", - ответил Шуэллер, так называлась модная дамская прическа. И принялся готовить новые бутылочки с красителем - встал вопрос о массовом производстве. "Предприятие" оборудовали в квартирке Шуэллеров: в спальне - лабораторию с колбами и ретортами, а в гостиной - демонстрационный зал. И пошло! Начальный капитал компании под названием "Безопасные краски для волос", основанной в 1907 году, исчислялся 800 франками родился будущий мировой гигант, который через два года переименуют в L'Oreal - так короче.

"Я никогда не стану богачом", - однажды признался в сердцах Эжен Шуэллер. Он не лукавил. Его дебют в бизнесе был трудным: "Я был одновременно мальчиком на побегушках и учеником, рабочим и инженером..."

В октябре 1922 года у Эжена рождается дочь Лилиан, а через пять лет умирает ее мать. Эжен сам воспитывает дочь и вновь женится только в 1932 году. К тому времени L'Oreal из кустарной мастерской превращается в концерн, который занимается не только красками для волос, но и производством целлюлозного лака (во французском филиале американской компании Valentine), выпуском профессионального журнала Votre Beaute. Плюс еще и изготовлением шампуня - до этого мыли волосы мылом или мыльной стружкой. Шуэллер - маг рекламы. Он спонсирует радиопередачи, изобретает слоганы и рекламные песенки.

На парижской улице Клавель L'Oreal открывает свой первый завод, на котором работают сто человек. В моду входят короткие женские стрижки. В парикмахерских растет потребность в красках - отросшие корни на коротких волосах куда заметнее. И Шуэллер запускает органическую краску Imedia. Новинку можно применять даже после химической завивки. Первым в мире L'Oreаl стал предупреждать на упаковках с краской о возможной аллергии и о необходимости предварительных тестов. Изощренный маркетинговый ход: клиентура восприняла это как показатель заботы о покупателях, знак высоких технологий. В середине тридцатых к власти пришел Народный фронт, левые ввели оплачиваемые отпуска. Французы дружно потянулись на пляжи, тут-то маг косметики вновь взмахнул волшебной палочкой - и появилось солнцезащитное молочко Ambre Solaire - "Солнечный янтарь". До сих пор это культовый продукт.

В 1939 году в группе компаний L'Oreal были заняты уже более тысячи человек. Трудилась на родной фирме и юная Лилиан, которая в дни каникул клеила этикетки на флакончики с краской и лосьонами. Сам же Эжен, ставший миллионером, превратился в одну из виднейших политических фигур страны, идущей к неминуемой войне с Германией. Она Шуэллера отнюдь не пугала. Наоборот, преисполняла новыми надеждами.

Скелет в шкафу

Сегодня L'Oreal - одна из крупнейших корпораций мира. В "дом Шуэллеров" входят такие раскрученные марки, как Lancome и Kerastase, Garnier и Helena Rubinstein, Cacharel и Ralph Lauren, Vichy и Giorgio ArmaniЕ Лейблы знаменитых парикмахерских сетей, как Jacques Dessanges и Jean-Louis David, - это тоже L'Oreal. Компания обладает самой обширной в мире сетью распространения косметических товаров: от элитных клиник до заказов по Интернету. Огромные средства вкладываются концерном со штаб-квартирой в парижском пригороде Клиши в адвокатов, в работу с массмедиа и вообще в формирование исключительно позитивного имиджа L'Oreal. И тем не менее: эти усилия не в состоянии стереть из анналов истории, мягко говоря, неоднозначное прошлое семьи Шуэллер-Беттанкур.

6 февраля 1934 года парижская площадь Согласия была заполнена дымом. Горели машины полиции, забросанные бутылками с зажигательной смесью, которые в память об их изобретателе русском инженере-эмигранте Молотове называют с тех пор "коктейль Молотофф". Так французские ультраправые пытались свергнуть левое правительство Эдуара Даладье. Заговорщиков разогнали и переловили. Но далеко не всех. Самые активные ушли в подполье. Скрывались благодаря... Эжену Шуэллеру. Он с юных лет дружил с Эженом Делонклем, одним из лидеров военизированной организации, построенной по принципам американского ку-клукс-клана. За балахоны с капюшонами их прозвали "кагулярами". Периодически они тайно собирались в штаб-квартире L'Oreal.

Накануне Второй мировой офис главного французского косметического "дома" находился по адресу: 104, улица Вожирар. Рядом располагалась религиозная школа-интернат. Учащиеся его выпускных классов частенько заглядывали на собрания "кагуляров". Особенно отличались любознательностью два неразлучных товарища: Андре Беттанкур и Франсуа Миттеран. После одной из таких встреч, на которой обсуждалась "программа спасения Франции от коммунистов и масонов", Андре Беттанкур и познакомился с Лилиан Шуэллер.

Капитуляцию Франции большинство "кагуляров" восприняло с оптимизмом. Эжен Шуэллер становится частым гостем у Отто Абеца, посла "тысячелетнего рейха" в Париже. Не теряет времени и Андре Беттанкур: ведущий свой древний род от норманнов, он издает провишистскую газету Terre Francaise - "Французская земля", где выступает с воинственными передовицами Эжен Шуэллер. Германия начинает войну против СССР, и Шуэллер начинает формировать легион французских волонтеров, готовых воевать на Восточном фронте... Но Сталинградская битва все расставила на свои места.

Рейх затрещал по швам. Андре Беттанкур немедленно прибегает к помощи своего давнего наперсника Франсуа Миттерана. Тот преспокойно служил в коллаборационистской администрации режима Виши, но когда запахло жареным, начал активно наводить мосты с командирами Сопротивления. Судя по всему, Миттерану и Беттанкуру удалось весьма плодотворно посотрудничать с антифашистским подпольем. А как иначе объяснить их полную реабилитацию после войны? Не сидит сложа руки и Эжен Шуэллер. Он посылает Беттанкура, в котором видит уже почти родственника, в Швейцарию с некой тайной миссией. Для подозрительных немцев была состряпана "легенда": L'Oreal намерена поставить под "арийские знамена" швейцарскую компанию Nestle. Эти вояжи становятся все чаще и продолжительнее по мере продвижения Восточного фронта к Берлину. Во время одной из таких командировок эмиссар L'Oreal встречается лично с Аленом Даллесом и предлагает услуги Шуэллера и его команды американским спецслужбам. Беттанкур без лишних разговоров получает от американцев 2,5 миллиона франков на финансирование разведсети во Франции. На дворе 1944 год, генерал де Голль триумфально входит в Париж, бои откатываются к Рейну. Как именно была потрачена эта огромная по тем временам сумма, архивы умалчивают.

Доверяй, но проверяй

После победы L'Oreal едва не повторяет судьбу автогиганта Renault, национализированного за то, что его владельцы активно помогали немцам. Мага косметики спасают не чудеса, а друзья - близкие к организации Opus Dei молодые католики с улицы Вожирар. Обаятельнейший Миттеран бьет себя в грудь как "активист Сопротивления", суетится и аристократ Андре Беттанкур, чей отец, политик нормандского масштаба, имеет связи в Четвертой республике. С Эжена Шуэллера снимают обвинение в коллаборационизме. В благодарность Миттеран назначается Шуэллером главой издательского дома, принадлежащего ему, а Беттанкур, становящийся зятем косметического короля, входит в дирекцию L'Oreal.

Лилиан, влюбленная в блестящего молодого человека с утонченными манерами, в 1953 году дает жизнь Франсуазе, своей единственной дочери. Увлеченно занимается ее воспитанием. А в это время Андре Беттанкур делает карьеру, ведомый верным Франсуа Миттераном и Жоржем Помпиду. Становится депутатом Национального собрания, министром, сенатором и, наконец, академиком. В 2007 году, через два года после появления четы Шуэллер-Беттанкур в московском отеле "Метрополь" на золотой свадьбе Галины Вишневской и Мстислава Ростроповича, Андре Беттанкур умирает.

Скоро минет год, как мадам Беттанкур живет одна. Об отце вспоминает редко: "Он был патологическим оптимистом, ничего не понимавшим в политике. Всегда садился в ту лодку, которой суждено потонуть". Не слишком ли зло?! Во всяком случае, Эжен Шуэллер, проживший большую жизнь и ушедший из нее только в 1957 году, был гениальным изобретателем и неплохим бизнесменом. Он отстроил такой механизм, который без сбоев работает уже целый век. "Нет большего наслаждения, чем окрылять таланты", - любит цитировать отца мадам Беттанкур. Доверять людям ответственность умеет и Лилиан. Главный акционер концерна - у нее 29 процентов ценных бумаг, - она, проявив завидное чутье, доверила семейное предприятие таким ярким менеджерам, как Франсуа Далль - президент L'Oreal с 1957 по 1984 год - и его преемник валлиец Линдсэй Оуэн-Джонс, бывший у руля до 2006 года. Как говорил корреспонденту "Итогов" после запуска в Париже духов Вячеслава Зайцева Maroussia сэр Оуэн-Джонс: "L'Oreal - это большая семья, а управлять семьей, как правило, гораздо труднее, чем группой чужих людей".

Сейчас L'Oreal работает в четырех областях косметического рынка: средств для волос, декоративной косметики, средств по уходу за кожей и парфюмерии. Таких масштабов производства не в состоянии позволить себе больше ни одна косметическая компания в мире. Изделия изготавливаются на 47 заводах в 22 странах. Прежде всего во Франции: надо высоко держать знатную марку! Более 13 тысяч человек заняты в производстве, 2700 химиков трудятся в лабораториях, которые разрабатывают каждый год более 3 тысяч новых косметических формул. "Мы сделали L'Oreal самой прекрасной компанией в мире", - считает Лилиан Беттанкур. За последние десять лет L'Oreal трансформировался из исторически французской компании с преимущественно европейской аудиторией в глобальный холдинг. И все это время в его административном совете вместе с Лилиан Беттанкур - ее дочь Франсуаза и зять Жан-Пьер Мейер. Говорят, что готовятся места и для двух правнуков Эжена Шуэллера. Как говорится, доверяй наемным менеджерам, но проверяй.

Они же, одобренные мадам Беттанкур, как на подбор: гениальные управленцы. И с каждым из гендиректоров связан определенный поворот в стратегии концерна. Франсуа Далль был фанатиком новых технологий. Он превратил научные исследования в главный мотор успехов компании: в пятидесятых годах в L'Oreal трудились 25 ученых - химиков и медиков, к восьмидесятым их стало более тысячи. Кроме того, Далль, чьей фамилией названо одно из центральных зданий штаб-квартиры фирмы, продолжил в пятидесятых годах курс Эжена Шуэллера на покорение Америки. Там вслед за первым филиалом L'Oreal в 1953 году возникли многочисленные другие.

По оценке аналитиков Morgan Stanley, L'Oreal является единственной косметической компанией, увеличившей на рубеже веков свою долю на мировом и американском рынках. Это уже завоевания сэра Оуэна-Джонса, его команды. До середины девяностых продукция фирмы была нацелена на взрослую клиентуру. Американская марка Maybelline, приобретенная "домом Шуэллера" в 1996 году, заняла коммерческую нишу, рассчитанную на молодежную аудиторию. При командовании Оуэна-Джонса к деятельности косметологов в L'Oreal подключились и социологи. Они определили, что целевая группа продукции концерна расширилась за последние 10-15 лет.
Если раньше основную клиентуру составляли женщины 20-50 лет, то теперь аудитория поистине безгранична - от 15 до 70 лет. Впрочем, и это не предел. По прогнозам специалистов L'Oreal, возрастные рамки его целевой аудитории через десять лет еще больше расширятся - от 12 до 90-летних! Значит, нужно готовить для особых покупателей и особые продукты.

Без личного участия мадам Беттанкур, а также ее семьи, имеющей право назначать трех администраторов в совет директоров, не проходит ни одного его собрания. На последнем из них в 2007 году нынешний генеральный директор гиганта косметики Жан-Поль Агон отметил, что "замедление в американской экономике не сказалось на итогах фирмы". Заявил, что сегодня "L'Oreal подошел к ключевому моменту своей истории". Он имел в виду распределение доходов по мировым регионам: Евросоюз, Америка и так называемый Остальной мир. Так вот, впервые американские прибыли L'Oreal уступили доходам от Остального мира, состоящего прежде всего из России, Китая и Индии. "Мы стали свидетелями быстрого и глубокого изменения мирового рынка косметики, - считает Жан-Поль Агон. - Впервые наши новые рынки сравнялись по доходам с Европой, Америка же "весит" только 22 процента". А вообще-то продукция "дома Шуэллера" представлена сегодня примерно в 150 государствах. 85 процентов оборота делаются за пределами Франции и 50 процентов - за рубежами Евросоюза.

Имя Жана-Поля Агона связано с экспансией L'Oreal в Тихоокеанском бассейне. Продажи концерна в Азии за десять последних лет выросли на 20 процентов. Когда шесть лет назад L'Oreal начал свое проникновение в Китай, доходы концерна в этой стране только в 2002 году выросли на 61 процент, тогда как весь рынок китайской косметики увеличился лишь на 14 процентов. "Это великолепная модель развития, - убежден Энди Смит, аналитик Citigroup Smith Barney. - L'Oreal умудряется найти географические точки, где есть потенциал для роста, и добиться доминирования в этих регионах".

Вероятно, в этих успехах есть и заслуга агрессивной и умелой рекламы, практикуемой концерном. По данным Merrill Lynch, L'Oreal расходует на рекламу и маркетинг до 30 процентов выручки в отличие от конкурентов, которые тратят на продвижение своей продукции только четверть прибылей. "Ведь я этого достойна" - знаменитая фраза, найденная пиарщиками из американского агентства McCann Erickson и ставшая фирменным слоганом L'Oreal, используется в рекламе косметики "дома Шуэллера" на протяжении сорока лет. А лицами концерна - одного из спонсоров Международного кинофестиваля в Канне - были или являются Энди Макдауэлл и Пенелопа Крус, Мила Йовович и Катрин Денев, Гон Ли и Летиция Каста, Джейн Фонда и Виржини Ледуайен... Самые привлекательные женщины мира.

 
Любимое высказывание мадам Беттанкур: "Деньги налагают множество обязательств и предоставляют множество возможностей". Одна из них - фонд, основанный мадам Беттанкур в 1987 году, цель его - оказывать помощь талантливой художественной молодежи. Также Лилиан учредила приз своего имени в области хорового пения. Она не носит украшений, кроме серег, тяготеет к тишине и уединению. Из всех своих многочисленных владений Лилиан Беттанкур предпочитает виллу из гранита, построенную ее отцом в 1926 году в Бретани. Там, в тени эвкалиптов, она способна часами сидеть в шезлонге и смотреть на море и остров Бреа...

Источник: по материалам статьи К.Привалова
журнал ИТОГИ №14(616)
http://www.itogi.ru/